* Дождавшись, когда все уйдут после дня рождения нашей дочери, свекровь стала собирать в сумки все ее подарки со словами «Отнесу моей настоящей внучке!» когда я вмешалась, то получила удар в лицо. Это было последней каплей….
«Мать у тебя одна. Может, простишь?» «Тетя Клава», — отвечал Денис. «А дочь у меня тоже одна.
И жена одна. И я выбираю их. Но она же мать…» «Мать, которая не признает мою семью», — повторял Денис.
«Мать, которая называет мою дочь чужой. Может, она изменилась?» «Может», — соглашался Денис. «Но это уже не важно.
Некоторые слова не забываются». На семейных праздниках у дальних родственников Евгения Анатольевна появлялась изредка. Сидела в углу, смотрела на сына издалека.
Пыталась заговорить с Миланой, но девочка вежливо отвечала и уходила. «Милочка», — однажды позвала ее Евгения Анатольевна на дне рождения двоюродного дедушки. «Как дела в школе?» «Хорошо», — ответила девочка.
«Извините, мне нужно к папе». «Милочка, подожди». «Зачем?» — удивилась девочка.
«Вам же я неинтересна». «Интересна», — попыталась возразить Евгения Анатольевна. «Неправда», — спокойно сказала Милана.
«Вы же сами говорили, что я вам чужая…» «Я не хотела…» «Хотели», — перебила девочка. «И это нормально. Не все люди нравятся друг другу.
Но мы же родственники…» «Родственники бывают разные», — пожала плечами Милана. «Некоторые любят, некоторые нет. Вы из тех, кто не любит».
«Милочка…» «Извините», — девочка вежливо улыбнулась. «Мне правда нужно к папе». И ушла.
Евгения Анатольевна смотрела ей вслед с болью в глазах. Милана выросла умной, самостоятельной девочкой. В 14 лет она была отличницей, занималась в художественной школе, помогала маме по дому.
А бабушка, которая когда-то хотела украсть ее подарки, вспоминала редко и без злости. «Мам», — сказала она однажды. «А что с бабушкой?» «Что с ней?», — удивилась Тамара.
«Ну как она живет? Болеет?» «Болеет», — кивнула Тамара. «Тетя Клава говорит, что часто в больницу попадает». «Понятно», — кивнула Милана.
«Мне ее не жалко». «Почему?» «Потому что она сама выбрала», — пояснила дочь. «Могла любить, но не захотела.
Теперь пусть живет со своим выбором». «Мудрая ты у меня», — улыбнулась Тамара. «От тебя научилась», — ответила Милана.
«Помнишь, что ты мне говорила, что иногда одна пощечина стоит годов унижений?» «Помню», — кивнула Тамара. «И не жалею». «И я не жалею», — согласилась дочь.
«Лучше жить без бабушки, чем с бабушкой, которая тебя не любит». «Лучше», — подтвердила Тамара. «Гораздо лучше».
Евгения Анатольевна так и не дождалась прощения. Остаток жизни провела в одиночестве, изредка видя сына на семейных праздниках и то издалека. Внучка выросла без нее, стала взрослой, успешной, счастливой и никогда не жалела о том, что у нее не было бабушки, потому что любовь нельзя заставить, а фальшивая любовь хуже равнодушия.
Тамара никогда не жалела о том вечере, иногда одна пощечина действительно стоит годов унижений.