Муж подарил мне на юбилей пустую коробку от айфона — телефон он уже отдал своей матери. Гости сидели в шоке…

Лидия Борисовна, не замечая или намеренно игнорируя всеобщий дискомфорт, без конца хвасталась новым телефоном. «Сереженька специально выбрал для меня самую дорогую модель. Говорит, для мамы ничего не жалко.

Она то и дело проводила пальцем по экрану, открывая и закрывая приложение, демонстративно фотографировала еду и гостей. Какая четкая камера! Просто фантастика! Гораздо лучше, чем у твоего старого телефона, да, Ксюша?» Сергей сиял от гордости, не понимая, какую боль причиняет жене, или понимая, но наслаждаясь этим. Ксения уже не была уверена.

Первыми не выдержали коллеги из бухгалтерии. Марина шепнула что-то своей соседке, так и внула, и они начали собираться. «Ксюш, нам пора».

Марина неловко обняла подругу. «Спасибо за вечер. И… держись», — добавила она тихо, так, чтобы никто больше не услышал.

За ними потянулись и другие гости. Вечеринка, запланированная до поздней ночи, стремительно сворачивалась, не дожив и до десяти часов. Никто не хотел оставаться в атмосфере фальши и неловкости.

Когда квартира опустела наполовину, Лидия Борисовна вдруг засуетилась. «Ой, что-то я устала. Сереженька, ты не проводишь меня домой? В моем возрасте уже опасно одной по вечерам ходить».

Сергей тут же вскочил. «Конечно, мамочка». «Ксюша пока прибрется с тола, правда, дорогая?» Ксения молча кивнула.

Ей хотелось побыстрее остаться одной, чтобы не сдерживать больше эмоции, рвущиеся наружу. Лидия Борисовна надела пальто, не забыв громко пожаловаться на боль в спине, которая так некстати разыгралась. Сергей галантно подал ей руку.

«Ну что, пошли, мамуль? Ксюш, я быстро. Провожу маму и вернусь помогать с уборкой». Ксения смотрела, как они выходят из квартиры.

Свекровь, опирающаяся на руку сына с таким видом, словно это она оказала ему великую честь, а не наоборот. Сергей, похожий на довольного пятилетку, получившего похвалу за хороший поступок. Оставшиеся гости смущенно переглядывались.

Когда за Свекровью и мужем закрылась дверь, Татьяна подошла к Ксении и крепко обняла ее. «Ксюш, это просто ужасно. Я не знаю, что сказать».

«Все нормально», — механически ответила Ксения, хотя чувствовала, что вот-вот расплачется. «Нет, не нормально», — возмутился муж Татьяны Андрей. «Это просто за гранью.

Как можно так унизить человека, да еще в день рождения?» «Тем более в юбилей», — поддержала его жена. «35 лет — это важная дата». Ксения смотрела на них и слезы все-таки покатились по щекам.

Она никогда не плакала на людях, всегда держала эмоции под контролем, но сейчас сил не осталось. «Простите», — она попыталась вытереть слезы. «Я просто…» «Да ничего объяснять не надо», — Татьяна гладила ее по плечу.

«Мы все понимаем. Что ты собираешься делать?» «Не знаю», — честно ответила Ксения. Это не первый раз, когда Сергей… Она запнулась, не зная, как объяснить.

Он всегда любил такие жестокие шутки, просто раньше это не было так… публично. И как часто это происходит? — осторожно спросил Андрей. Ксения вздохнула.

«В последнее время все чаще. Он как будто соревнуется с кем-то в остроумии, но его шутки, они не смешные, они просто обидные. А твоя свекровь, похоже, поощряет это поведение», — заметила Татьяна.

«Я заметила, как она радовалась, когда ты открыла пустую коробку, как будто это доставляло ей удовольствие». Лидия Борисовна всегда считала, что Сергей мог найти кого-то получше меня, — тихо произнесла Ксения. Она не говорит это прямо, но постоянно намекает.

И Сергей… он всегда на ее стороне, всегда. Оставшиеся гости начали помогать с уборкой. Женщины собирали посуду, мужчины сдвигали столы и стулья.

Работа шла в относительном молчании, все были подавлены случившимся, и никому не хотелось обсуждать это вслух в присутствии Ксении. «Если хочешь, можешь пожить у нас несколько дней», — предложила Татьяна, когда они остались вдвоем на кухне. «Подумаешь, придешь в себя».

«Спасибо, но я справлюсь», — Ксения слабо улыбнулась. «Не в первый раз, знаешь ли. Вот именно поэтому я и беспокоюсь», — серьезно сказала подруга.

«Это не должно быть нормой, Ксюш. То, что он сделал сегодня, это не просто плохая шутка. Это… я даже не знаю, как это назвать.

Это жестоко». Ксения молча кивнула. Она и сама понимала, что происходящее ненормально, но годы совместной жизни приучили ее мириться со многим.

Как выразилась когда-то ее мама, «Терпи, доченька, все мужики одинаковые». Только сейчас она начинала осознавать, насколько это утверждение было далеко от истины. Когда последние гости ушли, Ксения осталась одна в полуубранной квартире.

Сергея не было уже больше часа, видимо, он решил задержаться у матери. Она механически собирала оставшуюся посуду, вытирала столы, складывала остатки еды в контейнеры. Ее взгляд то и дело падал на пустую коробку от айфона, которую она так и не выбросила.

Она стояла на краю стола, как безмолвное напоминание о сегодняшнем унижении. Телефон Сергея, забытый им в суматохе, вдруг зазвонил. На экране высветилась «Мама».

Ксения не собиралась отвечать, но решила все же посмотреть, в чем дело. Может быть, что-то случилось? «Алло? Сереженька!» — раздался взволнованный голос свекрови. — Ты где застрял? Я уже полчаса жду тебя.

Мне нужно показать, как работает эта штука для фотографий. Я не могу разобраться! Ее голос звучал капризно, как у избалованного ребенка. — Лидия Борисовна, это Ксения, — сухо ответила она.

— Сергея здесь нет. Я думала, он у вас. На другом конце линии повисло молчание…