Отшельник спас красавицу из ледяной реки… НО увиденное на берегу, ПЕРЕВЕРНУЛО всё

«До каких хочешь?» — ответил главный. «У нас нет выбора. У всех есть выбор».

«Не у всех. Ты знаешь слишком много имен, адресов, счетов. Если заговоришь…» «Не заговорю.

Клянусь. Клятвы ненадежны. Люди меняются, обстоятельства тоже».

Отец встал из-за стола, подошел к окну. Алина присела ниже, чтобы он ее не заметил. «Хорошо», — сказал он решительно.

«Если не доверяете словам, даю письменные гарантии. Распишусь в любых документах». «Какие документы?» — спросил блондин.

«Обязательство молчать. Расписка о неразглашении. Что угодно».

Главный покачал головой. «Бумажки тоже ненадежны. Можно отречься, сказать, что подписал под принуждением.

Тогда что вы предлагаете?» «Единственное надежное решение». Главный кивнул брюнету. Тот достал из внутреннего кармана пистолет с глушителем.

Алина едва сдержала крик ужаса. Руки задрожали, но она продолжала снимать. «Нет», — воскликнул отец.

«Не делайте глупостей». «Не мы начали делать глупости», — холодно ответил главный. «У меня дочь.

Семья. Это твои проблемы. Надо было думать раньше».

Отец бросился к двери, но блондин преградил путь. Высокий и сильный, он легко схватил отца за плечи. «Стой спокойно», — приказал главный.

«Не мучай себя». «Пожалуйста». «Я сделаю все, что хотите».

«Поздно». Решение принято. Брюнет поднял пистолет, прицелился в грудь.

«Прости, Андрей Николаевич». «Ничего личного». Отец закрыл глаза, готовясь к смерти.

Выстрел прозвучал глухо, глушитель работал исправно. Отец вздрогнул, схватился за грудь, медленно опустился на пол. Алина не смогла сдержаться.

Ахнула от ужаса. Все трое мгновенно обернулись к окну. «Там кто-то есть!», — крикнул блондин.

Алина бросилась бежать, не выключая камеру. Сердце колотилось так громко, что заглушало все остальные звуки. За спиной послышались крики «Девчонка! Догоните ее!».

Она все видела. Нельзя упускать. Алина помчалась к лесу.

Единственный шанс спастись — скрыться среди деревьев. Но убийцы оказались быстрее. Они знали местность, а она бежала наугад.

Погоня продолжалась несколько мучительных часов. Алина петляла между вековыми деревьями, прыгала через быстрые ручьи, карабкалась по крутым склонам оврагов. Силы таяли с каждой минутой, легкие горели от недостатка воздуха, но животный страх гнал ее вперед.

Убийцы не отставали ни на шаг. Они явно знали эту местность гораздо лучше нее. Кричали друг другу короткие команды, умело координировали поиск.

Настоящие профессионалы своего дела. Она где-то здесь. Проверь овраг.

Обойди справа. К вечеру Алина окончательно выбилась из сил. Ноги подкашивались от усталости, в правом боку нестерпимо колола, горло пересохло.

Нужно было обязательно передохнуть, иначе она просто упадет. Она нашла укрытие за большим замшелым валуном, прислонилась к холодному камню, пытаясь отдышаться и восстановить силы. Сердце колотилось как бешеное, руки тряслись от нервного напряжения.

Голоса преследователей звучали пугающе близко. Казалось, они вот-вот появятся из-за ближайших деревьев. Устала уже, стерва.

Далеко не убежит. Найдем обязательно. Алина поняла, они не остановятся.

Будут искать до конца. Она добралась до реки. Бурный поток преграждал путь.

Но выбора не было, сзади приближались убийцы. Алина прыгнула в ледяную воду, надеясь переплыть на другой берег. Но течение оказалось слишком сильным.

Последнее, что она помнила, голоса на берегу, упало в реку. В такой воде не выживет. Утонуло, значит.

Можно не искать. Потом была только темнота и холод. Михаил слушал, не перебивая.

Когда Алина закончила, в комнате повисла тишина. «Теперь понимаете, с кем имеем дело?» Тихо спросила она. «Понимаю.

Профессиональные убийцы. Они думают, что я мертва. Но если узнают правду? Не узнают.

Пока». Михаил встал, прошелся по комнате. «У нас есть описание преступников.

Это уже что-то. Но без записи их не поймать. Попробуем восстановить телефон.

А если не получится, найдем другой способ». Алина благодарно посмотрела на него. «Спасибо, что поверили».

После такого рассказа не поверить невозможно. Когда она закончила рассказ, Михаил понял, решение нужно принимать прямо сейчас. После подробного рассказа Алины о трагических событиях наступила тяжелая тишина.

Михаил молча обдумывал услышанное, а девушка устала откинулась на подушке, силы покинули ее. «Нужно немедленно ехать в город», сказала она решительно, пытаясь подняться с кровати. «Каждый час промедления работает против нас».

Михаил внимательно посмотрел на нее. Лицо бледное как полотно, темные круги под глазами, руки заметно дрожат от истощения и нервного напряжения. «Вы не в состоянии никуда ехать», твердо сказал он.

«Я в полном порядке», возразила Алина, но голос выдавал слабость. «Нет, совершенно не в порядке. Вчера едва не утонули в ледяной реке, пережили сильнейший стресс, организм истощен до предела».

Алина попыталась встать с постели, демонстрируя свою готовность к действиям, но сильное головокружение заставило ее тут же опуститься обратно. Мир качнулся перед глазами. «Видите?» Михаил сочувственно покачал головой.

«В таком состоянии далеко не уедете. Только навредите себе. Но драгоценное время безвозвратно уходит».

С отчаянием воскликнула она. «Каждый день промедления увеличивает шансы убийц уйти от справедливого возмездия. Один дополнительный день абсолютно ничего не изменит в глобальном плане.

А вот если свалитесь в обморок посреди города, проблем станет в разы больше». Алина жала кулаки от досады и бессилия. «Убийцы моего отца пока думают, что я мертва.

Это наше единственное стратегическое преимущество. Но оно носит временный характер. Именно поэтому нужно использовать его максимально разумно и эффективно.

Восстановить физические силы, привести в порядок нервную систему, обдумать дальнейшие действия». Михаил подошел к окну, задумчиво посмотрел на бескрайний зеленый лес за стеклом. «Останьтесь здесь еще на один день.

Наберитесь сил как следует. А если они каким-то образом поймут, что я осталась жива?» Тревожно спросила Алина. «Откуда им это знать? Никто в мире не знает о существовании этого места.

Мы в полной безопасности». Алина неохотно согласилась с его доводами, понимая их здравость. Тело действительно отчаянно требовало отдыха и восстановления, но беспокойная душа рвалась в бой за справедливость…