«Раз моя мама переехала, ты теперь не хозяйка! Будешь спрашивать разрешения даже ходить в туалет!» Свекровь уже вешала свои халаты в мой шкаф. А утром муж вышел на кухню пить кофе и взвыл от увиденного…

И сейчас в этой крепости хозяйничала свекровь, которая даже не спросила разрешения остаться. Полина познакомилась с Дмитрием два года назад на корпоративе у общих знакомых. Он был обаятельным, веселым, внимательным.
 
Ухаживал красиво, цветы, рестораны, поездки на выходные. Полина влюбилась быстро. Дмитрий работал менеджером в строительной компании, зарабатывал неплохо, был самостоятельным.
 
Во всяком случае, так казалось. О матери он говорил тепло, но без фанатизма. Лариса Николаевна жила в своей однокомнатной квартире на окраине города, работала бухгалтером в районной поликлинике, была вдовой.
 
Отец Дмитрия умер 10 лет назад. Полина встретилась с ней несколько раз до свадьбы. Свекровь держалась приветливо, расспрашивала о работе, хвалила Полину за то, что она самостоятельная и умная.
 
Тогда это показалось искренним. Свадьбу сыграли скромно, без лишних церемоний. Дмитрий переехал к Полине.
 
Его однушка, съемная, не шла ни в какое сравнение с ее квартирой. Он сразу почувствовал себя хозяином, что Полину не смутило. Пусть подумала она, мы же семья.
 
Главное-то не лезет с указаниями, дает ей работать, уважает ее пространство. Но полгода назад что-то изменилось. Лариса Николаевна начала приезжать чаще.
 
Сначала раз в две недели, потом каждую неделю, потом дважды в неделю. Она всегда привозила с собой еду, начинала готовить, убирать, стирать. Дмитрий сиял от счастья.
 
«Мама так старается для нас», — говорил он Полине, когда та робка пыталась намекнуть, что хотела бы побыть с мужем наедине. «Она одна, ей скучно. Давай не будем ее расстраивать».
 
Полина кивала и замолкала. Она понимала, что Лариса Николаевна действительно одинока. Но почему это одиночество должно решаться за счет ее, Полины, личного пространства? Три месяца назад свекровь осталась на выходные и вдруг начала жаловаться.
 
Соседи сверху, мол, шумят по ночам, пьют, скандалят. Полина сочувственно кивала, Дмитрий хмурился. А через неделю Лариса Николаевна приехала снова и продолжила рассказ.
 
Соседи, мол, совсем озверели, ночью музыку включают, днем орут. И еще, говорит, в ванный потолок потемнел, видимо, сверху протекает. «Мам, это же ужас!» Дмитрий нахмурился.
 
«Надо что-то делать. Может, участковому позвонить?» «Да что толку, сынок?» Свекровь вздохнула и потерла виски. «Я уже и жаловалась, и в управляющую компанию ходила.
 
Никому ничего не надо. Живу, как на пороховой бочке. Не знаю, что и делать».
 
Тогда Полина еще не поняла, к чему все идет. Она предложила помочь с ремонтом ванной, Дмитрий пообещал съездить и поговорить с соседями. Но Свекровь только махнула рукой, мол, не стоит, сама как-нибудь.
 
А потом, месяц назад, Лариса Николаевна приехала с чемоданом. Дмитрий открыл дверь, обнял мать, и она расплакалась у него на плече. «Сынок, я больше не могу!» — всхлипывала она.
 
«Эти соседи совсем страх потеряли. Вчера ночью дрались, полицию вызывали. Я так испугалась.
 
И потолок в ванной совсем почернел, боюсь, что рухнет. Можно я у вас несколько дней поживу? Совсем чуть-чуть, пока ситуация не решится». Полина стояла в коридоре и смотрела на эту сцену.
 
Несколько дней. Ну что ж, несколько дней можно потерпеть. Она кивнула.
 
«Конечно, Лариса Николаевна, оставайтесь». Свекровь благодарно всхлипнула и прошла в комнату, таща за собой чемодан. Несколько дней растянулись на неделю.
 
Потом на две. Потом на три. Лариса Николаевна обосновалась в квартире как полноправная хозяйка.
 
Она вставала раньше всех, готовила завтрак, убирала, стирала. Полина возвращалась с работы и обнаруживала, что ее вещи переложены, в холодильнике появилась новая еда, а ее продукты куда-то делись. «Я выбросила Полина», — Свекровь объясняла свиноватой улыбкой.
 
«Срок годности вышел. Нельзя же такое есть, отравишься ведь». Полина проверяла упаковки.
 
Срок был в порядке. Но спорить не стала, не хотела скандала. Дмитрий ничего не замечал.
 
Он был доволен, что мать рядом, что дома всегда чисто, вкусно пахнет, ужин готов. Он приходил с работы, плюхался на диван, и мать тут же несла ему тарелку с едой. Полина смотрела на это и чувствовала, как внутри растет глухое раздражение.
 
Однажды вечером она попыталась поговорить с мужем, дождалась, пока Свекровь ушла в ванную, и тихо сказала «Дима, твоя мама живет у нас уже месяц, может, пора ей возвращаться домой». Дмитрий оторвался от телефона и посмотрел на нее с недоумением. «Ты о чем? У нее же там проблемы с соседями, ты хочешь, чтобы мать мучилась?» «Нет, конечно, нет»…