Муж ушел к молодой и богатой, и свекровь с радостью переехала в ее особняк, бросив мне напоследок: «Оставайся тут гнить, нищебродка!». Когда через 30 дней им дали пинка под зад и они приперлись ко мне с чемоданами, я встретила их так, что таксист аж поперхнулся…

Развод стал для нее болезненным ударом, но больше всего ранили слова свекрови. Женщина с презрением собирала вещи и бросила на прощание: «Оставайся тут гнить, нищебродка».

Они ушли в новую красивую жизнь, оставив ее одну разбираться с осколками прежнего счастья. Но судьба имеет привычку преподносить неожиданные повороты. Здравствуйте, дорогие слушатели! Рад приветствовать вас на своем канале.

Представляю вам новую интересную историю. Приятного прослушивания. Олеся помешивала суп, вслушиваясь в тикание кухонных часов.

Сегодня была пятница, день, когда Эмма Валерьевна традиционно наносила визит, чтобы проинспектировать быт сына и невестки. С момента их свадьбы прошло семь лет, но ощущение предстоящего экзамена не притуплялось со временем. «Какой странный запах!» — раздался голос из прихожей.

— Роман, я же говорила, что запах дешевой еды выедает глаза. И зачем вы купили эти обои? Смотрятся, как в советской столовке. Олеся глубоко вдохнула, досчитала до пяти и нацепила улыбку.

— Добрый день, Эмма Валерьевна! Проходите, я как раз готовлю ваш любимый суп. — Любимый? — свекровь элегантно сняла пальто, придирчиво разглядывая крючок в прихожей. — Какой еще любимый? — Грибной! Олеся продолжала улыбаться, хотя щеки уже сводило.

— Никогда не любила грибной. У меня от него изжога! — Эмма Валерьевна протиснулась мимо невестки на кухню, по пути задев ее плечом. — И почему вы до сих пор не купили нормальную вытяжку? В приличных семьях давно стоят бесшумные модели.

Это была давняя песня. В приличных семьях все было не так, как у них. В приличных семьях были итальянские кухонные гарнитуры, дорогие шторы и невестки с дипломами престижных вузов.

А еще сыновья с высокооплачиваемой работой и перспективами роста, а не такие, как Роман, простой менеджер среднего звена в строительной компании. — Мам, мы же обсуждали. Роман вышел из ванной, на ходу вытирая руки полотенцем.

— Вытяжку поставим, когда премию получу. — Конечно, конечно, — Эмма Валерьевна поджала губы. — Уже седьмой год слышу про эту премию.

Если бы ты женился на Светочке Тарасовой, как я советовала, давно бы уже работал в фирме ее отца и ездил на приличной машине, а не на этом корыте. Олеся почувствовала, как желудок сжимается в тугой комок. Светочка Тарасова.

Еженедельное напоминание о том, какую блестящую партию упустил Роман, связавшись с девушкой из обычной семьи. Светочка сейчас была замужем за каким-то бизнесменом и, если верить рассказам Эммы Валерьевны, купалась в роскоши. — Давайте обедать.

— Олеся разлила суп по тарелкам. — Ты бульон процеживала? Свекровь наклонилась к тарелке, придирчиво всматриваясь. — Да, конечно.

А мне кажется, что нет. Я вижу какие-то частицы. — Это зелень, мам, — устало произнес Роман.

— Давай просто пообедаем. Эмма Валерьевна театрально вздохнула. — Ладно, будем считать, что это зелень.

— Олеся, а что у нас на второе? Надеюсь, не опять эта твоя запеканка. У Веры Николаевны невестка каждый день мясо готовит, а ее муж — простой инженер, не руководитель отдела, как ты. Олеся закрыла глаза на мгновение.

Роман не был руководителем отдела, он был обычным менеджером, но мать упорно повышала его статус в разговорах с посторонними и понижала, когда дело касалось претензий к невестке. Обед тянулся мучительно долго. За эти годы Олеся научилась отстраняться, словно наблюдая за происходящим со стороны.

Кивала в нужных местах, поддакивала и даже вставляла ничего не значащие фразы. В конце концов, все эти придирки к супу, скатерти и ее неумению поддержать светскую беседу были бы смешны, если бы не разъедали душу маленькими порциями яда каждую неделю. «Мам, ты завтра идешь на день рождения к Анжелике?» — спросил Роман, когда они перешли к чаю.

«Конечно, это важное мероприятие», — Эмма Валерьевна расправила плечи. «Будет много интересных людей. Ты знаешь, что ее дочь Кристина недавно открыла третий ювелирный салон.

Потрясающий успех для такой молодой девушки. И образованная, и умная, и с деловой хваткой». Олеся невольно поморщилась.

Еще одна идеальная девушка, которой она не соответствовала. «Она будет завтра? Да. И я обязательно вас познакомлю.

Тебе полезно общаться с успешными людьми, а не только с этими твоими… коллегами». Роман кивнул. В его глазах мелькнуло что-то, чего Олеся не могла разобрать, то ли интерес, то ли неловкость.

Когда свекровь наконец ушла, в квартире стало удивительно тихо. Олеся опустилась на диван, чувствуя привычную головную боль. «Зачем ты пригласил ее на обед, если завтра все равно увидитесь?» — спросила она мужа.

Иначе она бы обиделась. «Ты же знаешь…» Роман сел рядом и включил телевизор. Олеся знала.

Семь лет совместной жизни были заполнены компромиссами ради того, чтобы Эмма Валерьевна не обижалась. Компромиссами, на которые шла только она. Роман вернулся с дня рождения Анжелики поздно и необычно возбужденным.

Его глаза блестели, как будто он выпил лишнего, но от него не пахло алкоголем. «Как прошло?» — спросила Олеся, отрываясь от книги. «Отлично!» Роман плюхнулся в кресло.

«Представляешь, Кристина — потрясающе!» Мама не преувеличивала. У нее три ювелирных салона, собственный дом, и она объехала полмира. Что-то неприятно кольнуло Олесю.

«Да? И что же в ней такого особенного?» «Все!» Роман широко улыбался. «Она умная, веселая, с ней так легко говорить. Знаешь, она предложила мне консультировать ее по вопросам строительства…