Отчаявшись, вышла замуж за сына-инвалида миллионера, а через неделю начала замечать странности…

Богдан Петрович побледнел.

— Оксана, мы договаривались.

— Простите, но он должен знать, — твёрдо сказала она. — Стас, ваш отец болен. Рак в последней стадии. Врачи дают ему не больше года.

Стас ошеломлённо смотрел на отца.

— Это правда?

Богдан Петрович тяжело опустился в кресло.

— Да. Я не хотел тебя волновать. Ты и так пережил слишком много.

— Поэтому ты так торопился с этой свадьбой, — Стас покачал головой. — Хотел убедиться, что обо мне будет кому позаботиться, когда тебя не станет.

— Не только, — Богдан Петрович посмотрел на сына. — Я хотел увидеть тебя счастливым. До того как уйду.

В комнате повисла тяжёлая тишина. Оксана чувствовала себя неловко, словно вторглась в слишком личный момент между отцом и сыном.

— Я пойду уложу Софию, — тихо сказала она, поднимая сонную дочь с дивана.

Когда она вернулась в гостиную полчаса спустя, Богдан Петрович и Стас всё ещё разговаривали. По их мокрым от слёз глазам она поняла, что состоялся нелегкий, но необходимый разговор.

— Прости, что не сказал раньше, — говорил Богдан Петрович. — Я думал, это тебя сломает.

— Меня не так легко сломать, — Стас сжал руку отца. — Ты сам меня этому научил.

Заметив Оксану, они замолчали. Богдан Петрович поднялся.

— Пойду отдохну. День был насыщенным.

Когда они остались вдвоём, Стас долго смотрел на Оксану.

— Спасибо, что сказали правду. Я имел право знать.

— Я понимаю, как вам сейчас тяжело, — тихо ответила она. — Но лучше правда, какой бы горькой она ни была.

Стас кивнул.

— Да. Правда.

Он помолчал, потом добавил.

— Давайте теперь поговорим и о нашей правде. О той сделке, которую предложил вам отец.

— Я согласилась на неё из отчаяния, — честно призналась Оксана. — Ради Софии. Но сейчас… всё изменилось.

— Что именно?

— Я… начала узнавать вас. Настоящего вас. Не инвалида, сына миллионера, а человека. Сильного, умного, доброго. Человека, с которым я могла бы…

Она запнулась, не решаясь договорить.

— Быть счастливой? — тихо спросил Стас. — Несмотря на это? — он указал на инвалидное кресло.

— Кресло не имеет значения, — Оксана подошла ближе. — Важно то, какой вы человек. А вы… удивительный.

Стас протянул руку, и она вложила свою ладонь в его.

— Знаете, — сказал он, — я думаю, что отец, при всех его недостатках, всё-таки прав. Жизнь слишком коротка для сомнений. Особенно когда встречаешь кого-то… особенного.

Оксана улыбнулась сквозь непрошенные слёзы.

— Значит, сделка отменяется?

— Да, — Стас притянул её ближе. — Вместо неё я предлагаю кое-что другое. Настоящее. Без принуждения и расчёта. Только потому, что мы этого хотим.

Оксана не могла поверить своему счастью. Никогда она не думала, что отчаяние приведёт её к настоящей любви.

В течение следующих месяцев многое изменилось. София начала лечение, и приступы стали реже. Стас, вдохновлённый успехами девочки, с удвоенной энергией взялся за собственную реабилитацию. Оксана с удивлением узнала, что тот странный тренажёр был частью экспериментальной методики восстановления после травм спинного мозга.

Их свадьба была тихой и уютной. Лишь самые близкие друзья и, конечно, Богдан Петрович, который, несмотря на прогрессирующую болезнь, явно держался молодцом и даже произнёс трогательный тост.

Год спустя большой дом Ковалей наполнился гостями. София, здоровая и счастливая, бегала между столами в нарядном платье, приветствуя гостей. Богдан Петрович, сильно похудевший, но держащийся с привычным достоинством, принимал поздравления. А в центре всеобщего внимания были Стас и Оксана — теперь уже муж и жена.

Рядом со Стасом стояли костыли — результат года упорных тренировок на том самом странном тренажёре, который когда-то заметила Оксана. Полного восстановления врачи не обещали, но и это было настоящим чудом.

— Ты счастлива? — спросил Стас, когда они остались ненадолго одни.

— Очень, — Оксана положила руку на слегка округлившийся живот. — Мы все счастливы.

Стас накрыл её руку своей.

— Кто бы мог подумать, что всё так обернётся? Помнишь, как всё начиналось?

— Помню, — улыбнулась Оксана. — Я была женщиной на грани, готовой выйти замуж за парализованного сына миллионера ради денег на лечение дочери.

— А стала любящей женой, которая помогла этому парализованному сыну миллионера снова поверить в себя, — закончил Стас. — И матерью его будущего ребёнка.

Из-за деревьев появился Богдан Петрович, опираясь на трость. Болезнь отступила — случилась редкая ремиссия, которую врачи называли чудом. Он шёл медленно, но сам, без посторонней помощи. Рядом с ним бежала София, что-то оживлённо рассказывая. Она называла его дедушкой и обожала проводить с ним время в его мастерской, где Богдан Петрович учил её работать с деревом.

— Знаешь, — сказал Стас, глядя на них, — иногда самые странные и непростые решения приводят к самым счастливым результатам.

— Да, — Оксана прижалась к мужу. — Иногда нужно отчаяться, чтобы найти надежду. И иногда нужно согласиться на сделку, чтобы обрести любовь.

Они смотрели, как к ним приближаются София и Богдан Петрович — два человека, изменившие их жизни. Два человека, ради которых когда-то была заключена странная сделка, превратившаяся в нечто гораздо большее. В настоящую семью.