Приехав навестить свекровь, Алла попросила мужа остановиться у супермаркета вблизи дома, купить торт. Но вдруг кассирша притянула её за руку и прошептала такое, что она в шоке вышла через чёрный вход и стала наблюдать. А спустя 10 минут…

И тогда тоже. Игорь встал и отошел к окну. Алла видела, как дрожат его плечи, как он сжимает и разжимает кулаки. Наконец он повернулся, мам, тебе не стыдно?

За что мне стыдно?, удивилась Валентина Петровна. За то, что сумела устроить свою жизнь. За то, что не сижу одна в четырех стенах, а живу полной жизнью. За то, что врала, сказал Игорь.

За то, что использовала нашу любовь против нас самих. Не драматизируй, махнула рукой свекровь. Подумаешь, не рассказала о личной жизни. Это мое право.

Алла подошла к мужу и взяла его за руку. Она чувствовала, как он дрожит от сдерживаемых эмоций, и понимала, что ему сейчас нужна поддержка. Игорь, тихо сказала она, нам пора принимать решение. Он кивнул и снова обратился к матери мам.

Я в последний раз спрашиваю, ты готова вернуть хотя бы часть денег, которые взяла обманом? Каких денег?, насторожилась Валентина Петровна. Ты же добровольно помогал. Добровольно, но на основании ложной информации, возразила Алла.

Мы думали, что помогаем бедной и больной женщине, а на самом деле спонсировали развлечения обеспеченной дамы. Ничего я не обязана возвращать. Вспылила свекровь. Это были подарки от сына к матери.

Хорошо, кивнул Игорь, с какой-то страшной спокойностью. Тогда этот сын больше никаких подарков делать не будет. Что ты имеешь в виду?, начала тревожиться Валентина Петровна. Я имею в виду, что с сегодняшнего дня между нами все кончено, сказал Игорь.

И в его голосе не было ни злости, ни обиды, только усталость. Никаких денег, никаких продуктов, никаких визитов. Живи со своим миллиардером. Игорек, ты не можешь так!, воскликнула свекровь.

И впервые за все время разговора в ее голосе прозвучал настоящий испуг. Я твоя мать! Ты была моей матерью, поправил ее Игорь. А теперь ты просто женщина, которая два года обманывала меня ради денег.

Валентина Петровна поняла, что теряет главный источник дохода, и быстро попыталась вернуться к привычной роли сынок, я же не хотела тебя расстраивать. Просто боялась, что ты перестанешь помогать, если узнаешь про Анатолия. И была права, кивнул Игорь. Перестал бы.

Потому что человека, который получает 200 тысяч в месяц от любовника, глупо еще и подкармливать из собственного кармана. Свекровь попыталась подойти к сыну, но он отступил не надо, мам. Все сказано. Игорь, подумай еще раз, взмолилась Валентина Петровна.

Ведь я действительно твоя мать. Неужели ты и правда из-за денег ты готов потерять семью? Это не я теряю семью из-за денег, ответил сын. Это ты ее потеряла два года назад, когда решила, что сын может быть источником дохода наравне с любовником.

Алла взяла мужа под руку, Игорь. Пойдем домой. Они направились к выходу, но у самой двери Валентина Петровна окликнула их подождите. Хорошо, я верну часть денег.

Треть от того, что вы дали. Игорь остановился, не поворачиваясь сколько именно. Триста тысяч, после паузы ответила свекровь. Анатолий на днях обещал дать мне крупную сумму, верну из нее.

Когда? Коротко спросил Игорь. В течение месяца, частями. Игорь обернулся и внимательно посмотрел на мать хорошо.

Но есть условия с сегодняшнего дня никаких просьб о помощи. Никаких звонков с жалобами на жизнь. Никаких экстренных ситуаций. Если вернешь деньги, будем изредка общаться как дальние родственники.

Если нет. Что если нет? Тихо спросила Валентина Петровна. Если нет, повторяю, считай, что сына у тебя никогда не было.

Дорога домой прошла в полном молчании. Игорь вел машину с каменным лицом, изредка сглатывая, словно пытаясь проглотить застрявший в горле ком. Алла сидела рядом и чувствовала, как от мужа исходят волны боли, разочарования и какой-то внутренней опустошенности. За окном мелькали серые октябрьские улицы, и весь мир казался вдруг другим более честным, но и более жестоким.

Только когда они поднялись в свою квартиру, и Игорь рухнул на диван, закрыв лицо руками, Алла осмелилась заговорить Игорь, как ты себя чувствуешь. Он долго молчал, а потом произнес хриплым голосом, как будто меня предал самый близкий человек. Нет, не предал, использовал. Два года использовал мою любовь против меня самого.

Алла села рядом и осторожно коснулась его плеча. Игорь не отстранился, но и не откликнулся на прикосновения, просто сидел, погруженный в свои мысли. Знаешь, что больше всего поражает? Не то, что она врала про деньги, а то, как легко ей это давалось.

Каждый звонок, каждая слезинка, каждая история про очередную беду все было спектаклем. И я верил. Боже, как же я верил! Ты верил, потому что любил, тихо сказала Алла.

Трудно предположить, что родной человек способен на такое. Игорь наконец поднял голову и посмотрел на жену, а ты как? Ты же тоже в шоке, наверное? Алла задумалась.

Действительно, как она себя чувствовала? Злость была, конечно, и облегчение от того, что правда наконец вышла наружу. Но еще была странная пустота на месте, где раньше жила ненависть к свекрови. Знаешь, сказала она медленно, мне почему-то даже жалко ее стало…