«Будешь знать, как мне перечить! Ты выйдешь отсюда только вперед ногами!» — заорал муж, отобрал телефон и запер меня в загородном доме без еды и воды…

Шампанское разлилось по столу, но никто не обратил на это внимания. Он лихорадочно набирал номер Марины. Гудки шли, но она не отвечала. Он позвонил ещё раз.

И ещё безрезультатно. Затем он набрал номер её отца. Телефон был отключён. «Мама, я не знаю, что происходит, но это не шутки», сказал он, хватая свою сумку.

«Я должен вернуться». «Куда вернуться?» взвизгнула Тамара Игоревна. «Ты в своём уме?» «У нас посадка через полчаса.

Ты не можешь всё бросить из-за её капризов». «Это не капризы!» закричал он, привлекая внимание соседних столиков. «Ты видела это фото? А если с ней что-то случилось? Если в дом кто-то ворвался? «Никто туда не врывался!» шипела она, пытаясь его усадить.

«Это она сама всё устроила!» «Не будь идиотом, Стасик». Но паника уже полностью овладела им. Он представил, что кто-то пробрался в дом, нашёл Марину.

А это фото. Это была не просто угроза. Это была демонстрация. «Мы видим тебя.

Мы знаем, где ты. И мы можем достать тебя в любой момент». Кто эти «мы» он не знал. Но догадывался отец Марины.

Бывший спецназовец. Человек, о прошлом которого Стас не знал почти ничего, кроме того, что оно было связано с оружием и опасностью. «Я не лечу», твёрдо сказал он, направляясь к выходу из зала. «Стой! Куда ты?» Тамара Игоревна побежала за ним.

«А я? Как же я одна?» «Лети», бросил он через плечо. «Ты же хотела на курорт. Отдохни за нас двоих».

«Ну? Но у меня нет столько денег, чтобы одной там жить». «И обратный билет». «Это твои проблемы», отрезал он, уже не оборачиваясь.

«Ты этого хотела». Он выбежал из зоны вылета, расталкивая людей и помчался к выходу из аэропорта. На ходу он пытался вызвать такси через приложение, но руки дрожали так, что он не мог попасть по нужным кнопкам. «Такси! Срочно!» закричал он первому попавшемуся водителю у входа.

«Плачу втройне». Поездка до дачи превратилась в пытку. Стас беспрестанно звонил Марине и её родителям, но ответа не было. Он смотрел на мелькающие за окном огни и молился, чтобы всё это оказалось дурным сном или злой шуткой.

Но в глубине души он понимал, это расплата. Когда такси свернуло на просёлочную дорогу, ведущую к их даче, он увидел впереди свет фар. Две машины, перегородившие проезд. Сердце ухнуло вниз.

«Дальше не проехать», сказал таксист, останавливаясь. Стас расплатился и выскочил из машины. Он побежал по дороге и по мере приближения к дому страх нарастал. Ворота были распахнуты.

Входная дверь в дом выломана, на крыльце стояли они. Виктор Семёнович и ещё трое мужчин. Они молча смотрели на него. Их лица в свете фар казались высеченными из камня.

«Где Марина?» – выдохнул Стас, останавливаясь в нескольких шагах от них. «В доме». «Спит?» – спокойно ответил тесть. «Устала.

День был тяжёлый». Он сделал шаг вперёд. «Заходи, зятёк. Поговорим».

Стас нерешительно переступил порог. В доме горел свет. На кухне он увидел молодого парня, который пил чай и читал книгу. Он поднял на Стаса безразличный взгляд и снова уткнулся в чтение.

Виктор Семёнович провёл его в гостиную. Там за большим столом сидели двое его друзей. Атмосфера была гнетущей. Это было похоже не на семейный разговор, а на допрос.

«Садись», – указал тесть на стул в центре комнаты. Стас сел. Его взгляд упал на стол, где лежали его охотничьи ружья, которые он хранил в сейфе на даче. Сейф был вскрыт.

«Что… что вам нужно?» – пролепеталон, переводя взгляд с одного мужчины на другого. «Нам… ничего», – усмехнулся тот, что был со шрамом. «А вот тебе, парень похожий, нужны уроки хороших манер». «Мы тут послушали рассказ Марины», – продолжил Виктор Семёнович, усаживаясь напротив.

«Интересная история. Про любовь, предательство и попытку убийства. Я не хотел её убивать», – вскричал Стас. «Я просто хотел её напугать».

«Напугать?» – переспросил тесть, оставив человека без еды и воды на двое суток в запертом доме. «Знаешь, как это называется на нашем языке? Пытки. А за пытки полагается наказание».

Он медленно взял со стола один из охотничьих ножей Стаса и начал задумчиво вертеть его в руках. «Я не буду тебя трогать», – сказал он, поймав испуганный взгляд зятя. «Не хочу марать руки. Но мы с тобой сейчас заключим одну сделку.

Ты ведь у нас айтишник в сделках, разбираешься?» Стас лихорадочно кивнул. «Вот и отлично. Сделка простая. Ты даёшь Марине развод.

Быстро и без скандалов. Оставляешь ей всё совместно нажитое имущество, которого, как я понимаю, у вас и нет, кроме этой машины. И выплачиваешь ей и будущему ребёнку». «Какому ребёнку?» – не понял Стас.

«Ах да, она ж тебе ещё не сказала». Глаза Виктора Семёновича опасно сузились. «Она беременна. Срок – шесть недель».

У Стаса потемнело в глазах. «Я беременна. Марина ждёт ребёнка. А он…» Он запер её, беременную, в холодном доме, оставив умирать…