Муж ушел к молодой и богатой, и свекровь с радостью переехала в ее особняк, бросив мне напоследок: «Оставайся тут гнить, нищебродка!». Когда через 30 дней им дали пинка под зад и они приперлись ко мне с чемоданами, я встретила их так, что таксист аж поперхнулся…

— Чудес не бывает, Роман, — Олеся поставила чашку. — По крайней мере, таких. Ты сделал выбор два года назад.

Я сделала свой. Двигаться дальше. У меня новая жизнь, новые отношения, новые планы.

— Я слышал, — он кивнул. — Мама видела тебя с мужчиной. — Говорит, вы выглядите счастливыми.

— Мы счастливы, — просто подтвердила Олеся. — Он… лучше меня. В глазах Романа мелькнула странная смесь ревности и надежды, словно он одновременно хотел услышать отрицательный и положительный ответ.

— Он другой, — Олеся вздохнула. — Максим уважает мои границы. Он не заставляет меня чувствовать себя недостаточно хорошей.

Он не ставит желания своей матери выше моих. Он видит меня настоящую, а не какой-то идеализированный образ или проект для усовершенствования. Роман поморщился, словно каждое ее слово било по больному месту.

— Я был ужасным мужем, да? — тихо спросил он. — Не ужасным, — покачала головой Олеся. — Просто… неподходящим.

Мы были слишком разными, хотели разных вещей. Я хотела семью, основанную на уважении и поддержке. Ты хотел… сам не знал, чего хотел.

А сейчас я знаю. Роман снова схватил ее за руку. — Я хочу тебя.

Нашу прежнюю жизнь. Возможность все исправить. Но этого не будет.

Олеся осторожно высвободила пальцы. — Роман, ты должен понять: наша история закончилась. Я перевернула эту страницу.

И тебе нужно сделать то же самое. — Я не могу. — В его голосе звучало отчаяние.

— Каждый день я просыпаюсь с мыслью о тебе. Каждый вечер засыпаю, вспоминая наш дом, нашу жизнь. Я схожу с ума от мысли, что потерял все из-за собственной глупости.

— Ты не сходишь с ума. Олеся говорила теперь как с ребенком. Мягко, но твердо.

Ты просто застрял в прошлом. Тебе нужна помощь, чтобы двигаться дальше. — Только ты можешь мне помочь.

Он смотрел на нее умоляющими глазами. — Нет. Она покачала головой.

Тебе нужна профессиональная помощь. Психолог, возможно, группы поддержки. А еще тебе нужно прекратить эти визиты к моему дому.

Это… — Нездорово, Роман, для тебя в первую очередь. Но как мне забыть тебя? Как просто отпустить? Постепенно. Олеся невольно смягчилась.

День за днем, находя новые интересы, новые цели. Я не психолог. Я не могу дать тебе конкретный план действий.

Но точно знаю, что наблюдение за моими окнами не поможет. Роман опустил голову, разглядывая свои руки. — Кристина использовала меня, — сказал он тихо, — с самого начала.

Ей был нужен, как это называется, подставное лицо для бизнеса. Человек, на которого можно оформить документы, переписать часть активов, чтобы скрыть истинные обороты. А я повелся как мальчишка.

На дорогие подарки, на внимание красивой женщины, на обещания роскошной жизни. — И твоя мать тоже повелась? — заметила Олеся. — Мама… — он горько усмехнулся.

— Она всегда хотела для меня большего, чем я сам. Хотела видеть меня богатым, успешным, женатым на достойной женщине. Ей казалось, что с тобой я не достигну тех высот, о которых она мечтала.

И когда появилась Кристина, мама увидела в ней воплощение всех своих фантазий. Олеся молча слушала, глядя на часы. Ее обеденный перерыв заканчивался через 15 минут.

— А потом все рухнуло, — продолжал Роман. — Кристина использовала меня, чтобы вывести деньги, переписать активы, а когда все было готово, просто выставила за дверь. Я остался без работы, без денег, без крыши над головой.

И мама тоже. Она до сих пор не может поверить, что все это случилось с нами. — Мне жаль, — честно сказала Олеся.

— Никто не заслуживает такого обмана. Но это ваша история, не моя. Я не могу вернуться и все исправить.

— Я знаю, — Роман вздохнул. — Просто хотел, чтобы ты поняла, как мы дошли до… — Всего этого. — Я понимаю, — кивнула Олеся.

— Но мне пора возвращаться на работу. — Подожди, — он снова попытался удержать ее. — Ты хотя бы можешь, не знаю, иногда созваниваться, просто как друзья или бывшие, которые сохранили хорошие отношения.

Олеся задумалась. Часть ее хотела просто отказать, раз и навсегда отрезать любые связи с прошлым. Но другая часть, та, что всегда стремилась поступать по-человечески, подсказывала, что, возможно, именно четкая и ясная коммуникация поможет Роману наконец отпустить ситуацию…