Мужчина чистил колодец, от увиденного — сразу вызвал полицию

Орленко будто прочёл мысли. Виктор Семёнович, будьте осторожны. Карпенко опасен.

Может попытаться скрыть следы. Если заметите что-то подозрительное, сразу звоните мне или участковому. Виктор кивнул, сунул в карман бумажку с номерами.

Поехал домой с участковым в тяжёлом молчании. Всю дорогу смотрел в окно, думая об одном. Убийца где-то рядом.

На свободе. Знает, где живёт Виктор. Весь день Виктор не находил себе места.

Ходил по дому, выглядывал в окна, прислушивался к каждому шороху. Нина заметила его беспокойство, спросила, что случилось. Виктор рассказал про обыск, про побег Геннадия, про террариум со змеёй.

Нина побледнела, присела на стул. Господи, Витя. Он же может сюда прийти.

Отомстить захочет, что ты тело нашёл. «Двери закроем на засов», — сказал Виктор твёрдо. «Ружьё достану из кладовки. Зарядю.

На всякий случай». Достал охотничье двуствольное ружьё, которым на уток ходил раньше. Почистил, смазал, зарядил двумя патронами с крупной дробью.

Поставил у кровати, на расстоянии вытянутой руки. Нина смотрела молча. Губы дрожали.

Вечером заперли все двери на засовы. Окна закрыли на щеколды. Легли спать одетыми.

Виктор не выключал свет в коридоре. Заснул тревожно, то и дело просыпаясь от каждого скрипа. Часа в два ночи услышал грохот.

Резкий громкий удар в входную дверь. Виктор вскочил, схватил ружьё. Нина проснулась, села на кровати с испуганным лицом.

Ещё удар, потом ещё. Кто-то пытался выбить дверь снаружи, бил плечом или ногами. «Кто там?» – крикнул Виктор, подходя к двери.

Ответа не было, только новый удар, от которого задребезжали петли. Виктор схватил телефон, набрал 102 дрожащими пальцами. «Полиция, слушаю».

«Это Кравчук из Красного Яра. Кто-то выбивает дверь, нападают. Приезжайте срочно».

Дежурная велела не открывать, держаться. Наряд выезжает. Виктор положил телефон, взвёл оба курка ружья.

Подошёл к двери, крикнул изо всех сил. «Я вызвал полицию! Уходи, стрелять буду!» Удары прекратились.

Тишина длилась секунд десять, показалась вечностью. Потом снаружи послышался треск веток, быстрые шаги, удаляющиеся в сторону леса. Виктор поднял ружьё вверх, выстрелил в потолок веранды.

Грохот оглушительный. Нина вскрикнула. Шаги снаружи ускорились, затихли вдали.

Виктор стоял у двери, прижавшись спиной к стене, держа ружьё на готове. Нина плакала тихо в спальне. Тишина звенела в ушах после выстрела.

Минут через двадцать услышал сирены, полиция приезжала. Виктор открыл дверь, вышел на крыльцо. Два патрульных автомобиля, участковый Семенюк и трое оперативников.

«Что случилось?» – спросил Семенюк, выходя из машины. Виктор рассказал про удары в дверь, про звонок, про выстрел. Оперативники достали фонари, пошли осматривать участок и окрестности.

Нашли следы у крыльца. Отпечатки мужских ботинок в мягкой земле. Крупный размер.

Сорок третий или сорок четвёртый. Оперативник сфотографировал на телефон, измерил линейкой. Сорок три точно.

Семенюк позвонил Орленко, доложил. Следователь приехал через полчаса, осмотрел следы молча. «Геннадий Карпенко носит сорок третий размер», – сказал он, глядя на Виктора.

Это он был. Пытался проникнуть в дом, возможно, чтобы убрать свидетеля. Виктор почувствовал, как холодеет кровь.

Геннадий приходил убивать его. Если бы не дверь на засове, если бы не ружьё, если бы не выстрел. Орленко распорядился оставить патруль у дома до утра.

Два оперативника остались дежурить в машине у калитки. Виктор с Ниной вернулись в дом, но спать уже не могли. Сидели на кухне до рассвета, пили чай, молчали.

Утром Орленко вернулся с подкреплением. Начался активный поиск Геннадия Карпенко по всему району. Проверяли родственников в соседних сёлах, друзей и знакомых.

Виктору приставили охрану. Участковый Семенюк дежурил у дома днём, на ночь оставляли патруль. Виктор почти не выходил из дома, боялся.

Нина готовила еду. Они ели молча, прислушиваясь к каждому звуку. Через два дня пришла новость…