Отчаявшись, вышла замуж за сына-инвалида миллионера, а через неделю начала замечать странности…

— Не обращайте внимания, — тихо сказал Стас, заметив её растерянность. — Они любят похвастаться друг перед другом. Особенно когда новый человек в компании.

— Я чувствую себя не в своей тарелке, — призналась она. — Словно попала на другую планету.

— Добро пожаловать в мой мир, — Стас невесело усмехнулся. — Я и сам не в восторге от этих сборищ. Но отец настаивает, чтобы я выходил в свет.

После третьей смены блюд (Оксана насчитала в меню целых пять) Богдан Петрович встал с бокалом шампанского в руке.

— Дорогие друзья! — начал он. — Рад, что вы смогли прийти сегодня. Особенно рад видеть своего сына Станислава, который наконец-то почтил нас своим присутствием.

Лёгкий смех прокатился по залу. Стас натянуто улыбнулся.

— И, конечно, я рад представить вам прекрасную Оксану, — продолжил Богдан Петрович. — Женщину, которая, я уверен, скоро станет членом нашей семьи.

Оксана замерла. Вот оно! Богдан Петрович все-таки решил объявить о помолвке. Она бросила быстрый взгляд на Стаса. Он выглядел таким же удивлённым, как и она.

— Отец, — начал Стас, но Богдан Петрович уже продолжил.

— Я вижу, как мой сын расцвёл за последние дни. И все благодаря Оксане и её очаровательной дочери Софии. Наконец-то в нашем доме появились женские голоса, смех, тепло. То, чего так не хватало все эти годы.

Гости одобрительно закивали. Кто-то начал аплодировать.

— За Стаса и Оксану! — поднял бокал Богдан Петрович. — За их счастливое будущее!

— За Стаса и Оксану! — подхватили гости.

Оксана механически подняла бокал, не зная, куда деваться от смущения. Стас рядом с ней тоже выглядел растерянным, но быстро взял себя в руки и тоже поднял бокал.

— Спасибо, отец, — сказал он. — Это… неожиданно. Но приятно.

Богдан Петрович довольно улыбнулся и сел на место. А Оксана поняла, что теперь они со Стасом точно загнаны в угол. После такого публичного объявления отступать было некуда.

Ужин продолжился, но теперь все внимание было приковано к ним. Женщины рассматривали Оксану с любопытством, мужчины хлопали Стаса по плечу, поздравляя. Кто-то даже начал интересоваться датой свадьбы.

— Мы ещё не определились, — уклончиво отвечал Стас. — Пока присматриваемся друг к другу.

— В наше время долго не присматривались, — заметила пожилая дама в жемчугах. — Решил жениться — женись. А то передумает невеста.

— Не передумает, — уверенно сказал Богдан Петрович. — У нас с Оксаной договорённость.

Стас бросил на отца острый взгляд, но промолчал. А Оксане захотелось провалиться сквозь землю. Договорённость. Какое унизительное слово. Словно речь шла о бизнес-контракте, а не о браке.

После ужина гости разбрелись по залу: кто-то танцевал, кто-то собрался группками для разговоров. Стас отъехал к окну, и Оксана последовала за ним.

— Простите, — тихо сказала она. — Я не знала, что он это сделает. Он говорил со мной вчера, но я отказалась участвовать в этом… представлении.

— Я верю, — Стас смотрел в окно, не поворачивая головы. — Это весь отец. Всегда добивается своего, не считаясь с чужим мнением.

— Что нам теперь делать? — растерянно спросила Оксана.

— Играть роли, которые нам навязали, — Стас наконец повернулся к ней. — По крайней мере, сегодня. А завтра… разберёмся.

Он выглядел усталым и подавленным. Оксане хотелось как-то поддержать его, но она не знала, как. Они ведь почти чужие люди, волею обстоятельств оказавшиеся в одной лодке.

— Станислав! — к ним подошел представительный мужчина в дорогом костюме. — Поздравляю. Твой отец рассказал мне о твоей невесте. Прекрасный выбор.

— Спасибо, Вадим Алексеевич, — Стас натянуто улыбнулся. — Только мы ещё не помолвлены официально.

— Да? А твой отец сказал… — мужчина замялся. — Впрочем, не важно. Главное, что ты наконец-то нашёл своё счастье. После всего, что тебе пришлось пережить.

Он покосился на инвалидное кресло, и Оксана заметила, как дёрнулся уголок рта Стаса.

— Да, я очень счастлив, — сухо ответил он. — Извините, мы с Оксаной как раз собирались уезжать. Завтра важный день. К нам приезжает профессор из Киева, консультировать дочь Оксаны.

— Конечно-конечно, — закивал мужчина. — Не смею задерживать. Очень рад знакомству, Оксана.

Когда он отошёл, Стас повернулся к Оксане.

— Хотите уехать? Я и правда устал.

— С удовольствием, — с облегчением ответила она.

Они нашли Богдана Петровича в окружении гостей. Он рассказывал какую-то историю, и все смеялись.

— Отец, мы уезжаем, — сказал Стас. — Оксане нужно домой к дочери, а мне… отдохнуть перед завтрашним днем.

— Так рано? — Богдан Петрович нахмурился. — Ну хорошо. Дмитрий отвезёт вас. Я останусь, нужно обсудить пару деловых вопросов.

В машине они молчали. Оксана украдкой бросала взгляды на Стаса. Он смотрел в окно, погружённый в свои мысли. Лицо его было непроницаемым, но она видела, как побелели костяшки пальцев, сжимающих подлокотник кресла.

Дома София уже спала. Анна Павловна сообщила, что девочка весь вечер рисовала лошадей, пытаясь повторить урок Стаса, а потом уснула с книгой в руках.

— Спасибо, что присмотрели за ней, — поблагодарила Оксана. — Как она себя чувствовала? Приступов не было?

— Всё хорошо, — заверила домработница. — София — замечательная девочка. С ней легко.

Когда Анна Павловна ушла, Стас и Оксана остались одни в холле.

— Мне нужно выпить, — неожиданно сказал Стас. — Присоединитесь?

Оксана колебалась. С одной стороны, ей хотелось поскорее сбежать в свою комнату и обдумать всё произошедшее. С другой — она чувствовала, что Стасу сейчас нужна компания.

— Хорошо, — согласилась она. — Только недолго. Завтра важный день.

Они прошли в библиотеку — уютную комнату с книжными шкафами от пола до потолка и камином, в котором потрескивали поленья. Стас подъехал к бару в углу комнаты и достал бутылку коньяка.

— Предпочитаете что-то другое? Вино или виски?

— Коньяк подойдёт, — Оксана села в кресло у камина. — Только совсем немного.

Стас налил два бокала и протянул один ей. Они молча выпили. Коньяк обжёг горло, растёкся теплом по телу. Оксана почувствовала, как напряжение последних часов немного отпускает.

— Извините за этот цирк, — наконец сказал Стас. — Не стоит. Отец… он иногда перегибает палку.

— Не извиняйтесь, — Оксана покачала головой. — Он делает то, что считает правильным. По-своему.

— Проблема в том, что его «по-своему» часто идёт в разрез с тем, чего хотят другие, — Стас сделал ещё глоток. — Всю жизнь так. Решил за меня, куда поступать. Решил, в какой области я буду работать. Теперь вот решил, на ком я должен жениться.

— И вы всегда подчинялись? — осторожно спросила Оксана.

— Не всегда, — Стас усмехнулся. — После аварии я взбунтовался. Послал к чёрту его планы по моей реабилитации, его врачей, его тренеров. Решил, что буду лежать и ждать смерти.

— Что же изменилось?

— Я уже рассказывал. Инструктор по реабилитации. Заставил меня взглянуть правде в глаза.

Стас помолчал, потом добавил.

— И я сам изменился. Понял, что жизнь не закончилась. Даже в этом кресле.

Оксана смотрела на него, освещённого теплым светом камина. Сильный человек. Сломленный судьбой, но не сдавшийся.

— Знаете, — тихо сказала она, — я восхищаюсь вами.

— Мной? — Стас удивлённо поднял брови. — Почему?

— Потому что не сломались. Не опустили руки. Продолжаете бороться.

Стас долго смотрел на неё, потом отвёл взгляд.

— Вы не представляете, как часто я хотел всё бросить. Особенно в первый год. Были дни, когда я… — он запнулся. — Впрочем, неважно. Прошлое есть прошлое…