ТРИ года я платила за их ипотеку. А на День матери невестка написала: «Мы празднуем в узком кругу — вы не приглашены…

— Это не про любовь. Это про то, что тобой пользуются. И что ты молчишь, пока из тебя тянут жилы. Даже твой сюрприз на нашу годовщину. Знаешь, его не было. Наталья все отменила и всем сказала, что я отказалась.

Он резко поднял голову.

— Что? Она мне говорила, что ты сама слилась, была занята, с папой ехала с тетей Валентиной.

— Я никуда не ездила. Она просто решила, что ей невыгодно, чтобы мы с тобой сближались. Все подстроила. Мне вчера звонила ее сестра, Виктория. Рассказала, как Наталья разрушила семью с отчимом, как деньгами крутила, как всегда притворялась жертвой. Неужели ты был не в курсе всего этого? Сними в конце концов розовые очки, сынок.

Дмитрий встал и стал расхаживать по комнате, как загнанный.

— А ведь были моменты, и правда… Когда я чувствовал, что что-то не так. Что она меня не уважает. Но я все списывал на усталость, работу. А сам превращался в привидение. Я реально не жил, мам.

— И теперь ты сам должен решить: ты хочешь жить дальше вот так или начать дышать полной грудью?

Он сел обратно, тяжело вздохнул, закрыл лицо руками.

— А как ты все это стерпела?

— Я мать, Дмитрий, терпела, потому что верила, что ты проснешься. И вот ты здесь. Значит, не зря.

Он помолчал, потом заговорил тише.

— Я не прошу больше ничего. Ни денег, ни помощи. Я просто хочу знать, мы с тобой еще можем как-то восстановить наши отношения?

— Конечно. Сынок, я всегда тебе рада. Но теперь у меня есть границы. Больше я вас содержать не буду. Не потому что не люблю. А потому что люблю и себя, и тебя.

Он кивнул.

— Я все понял. Мне надо с ней поговорить. Прямо в глаза все высказать.

— Вот это правильно. Давно надо было.

Тут зазвонил его телефон. Он посмотрел на экран.

— Наталья. Пишет, где я. Наверняка отслеживает геолокацию. Сейчас позвонит.

— И что скажешь?

Он встал, лицо стало тверже.

— Скажу, где я. И скажу, что я знаю все.

Он вышел на крыльцо, поднял трубку. Я смотрела через окно. Жесты резкие, голос отчетливый. Потом замер, подошел обратно…